Читайте также:

Дю Круази. Король аплодирует! (Исчезает.) Суфлер (в разрезе занавеса). Король аплодирует! Мольер (Бутону). Полотенце мне! (Вытирает лоб, волнуется...

   

Всего знать вы еще не должны. Старик Моор. Все, все! Сын, ты избавишь меня от немощной старости. . - Франц (читает)...

   

О, смелых дум свобода! Дворец Филипппа мне открыт, Я спешился у входа. Иду и вижу: там, вдали, Моей мечты созданье, Спешит принцесса Эболи На тайное свиданье...

   

Смотрите также:

Памяти Александра Блока

Тайна поэмы Двенадцать, или Ленин не мог быть другим.

Евгений Евтушенко. Александр Блок (Строфы века)

Илья Эренбург. Об Александре Блоке

Владимир Маяковский об А.Блоке

Все статьи


«Скифы»

Италия в стихах А. Блока и Н. Гумилева

«И идут без имени святого» (по поэме «Двенадцать»)

Без конца и без краю мечта!(По лирике А.А.Блока.)

Духовный путь Александра Блока

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:

Вы читаете «Франц Грильпарцер. Праматерь», страница 35 (прочитано 44%)

«Балаганчик», закладка на странице 7 (прочитано 86%)

«Возмездие», закладка на странице 21 (прочитано 105%)

«Действо о Теофилеt», закладка на странице 11 (прочитано 77%)

«Король на площади», закладка на странице 22 (прочитано 105%)

«Незнакомка», закладка на странице 16 (прочитано 94%)

«О любви, поэзии и государственной службе», закладка на странице 5 (прочитано 67%)

«Песня судьбы», закладка на странице 25 (прочитано 67%)

«Последние дни императорской власти», закладка на странице 44 (прочитано 49%)

«Рамзес», закладка на странице 3 (прочитано 15%)

«Роза и крест», закладка на странице 42 (прочитано 102%)

«Рыцарь-монах», закладка на странице 4 (прочитано 60%)

«Стихотворения 1897-1903 гг, не вошедшие в основное собрание», закладка на странице 69 (прочитано 92%)

«Стихотворения. Книга первая (1898-1904)», закладка на странице 33 (прочитано 63%)

«Стихотворения. Книга вторая (1904-1908)», закладка на странице 35 (прочитано 52%)

«Стихотворения. Книга третья (1907-1916)», закладка на странице 57 (прочитано 93%)

«Шуточные стихи и сценки», закладка на странице 5 (прочитано 80%)

«Александр Блок. Из записных книжек и дневников», закладка на странице 27 (прочитано 96%)

«Владимир Соловьев и наши дни», закладка на странице 2 (прочитано 33%)

«Джордж Гордон Байрон. Стихотворения», закладка на странице 3 (прочитано 40%)

«Из объяснительной записки для Художественного театра», закладка на странице 2 (прочитано 20%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок .
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Франц Грильпарцер. Праматерь





Берта

Милый мой, иди за мной.

Яромир

Нет, оставь! Оставь! Ты видишь,
Я здоров! Мне хорошо!

Капитан

Долг велит мне предложить,
Соглашаться - ваше дело.
Позволения прошу я
Здешний долг исполнить мой.

Граф

Вам разбойники известны?
Не пришлось бы нам невинных
Потревожить без нужды?

Капитан

Не известны. В ночь пришлось нам
Нападать на них сегодня,
А в кругу кровавой битвы
Мы мечей внимаем звону,
Не глядим в лицо врагу.
Но у входа в этот замок
Ждет один из верных мне,
Он, когда-то отделившись
От отряда, в плен попал,
Был свидетелем их дела,
И в лицо их всех узнал.
Кто там?

Входит солдат.

Капитан

Вальтера позвать!

Солдат уходит.

Граф

Яромир, не медли больше,
Отдохнуть иди в покой.
Страшно бледен ты лицом,
И в глазах пылает мрачный,
Лихорадочный огонь.
Успокойся, милый сын.
(Указывая на боковую дверь направо.)
Здесь, в спокойной этой спальне,
Не смутит тебя ничто.

Берта

Яромир, тебя прошу я.

Яромир

Хорошо, исполню просьбу;
Самому мне тяжело.
(Прижимает ко лбу платок.)

Вальтер входит.

Капитан

Подойди! В обход идем мы.
Ты идешь?

Вальтер

Да, капитан.

Капитан

Хорошо ли ты запомнил,
И любого из злодеев,
Кто появится, узнаешь?

Вальтер

Не тревожьтесь, помню всех!

Берта (уводя Яромира)

Ты шатаешься! Вот здесь!

Яромир уходит в боковую дверь направо.



Источник:


Страницы: (79) :  <<  ... 27282930313233343536373839404142 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Что
толку, в самом деле, - прибавляет Паульсон уже от собственного разума, -
обладать правом голоса, если не выработать себе свободы личности?".
Свобода личности! Переворот человеческого духа!.. Но всякие ли
общественные условия позволяют выработать "свободу личности", и точно ли
"переворот человеческого духа" может быть совершен независимо от внешних
условий? На эти вопросы Ибсен не умел ответить: более того, он даже не умел
их поставить.
Общественные преобразования Ибсен не ставит почти ни во что. Партии,
эти великие культурные силы современности, в союзе с которыми только и можно
воздействовать в желательном направлении на общество, Ибсен третирует с
презрением одиноко стоящего умственного аристократа. "Партийные программы, -
говорит д-р Штокман, - убивают всякую жизнеспособную истину", и еще сильнее:
"партия - это точно насос, которым у людей постепенно выкачивают рассудок и
совесть!" ("Враг народа"). Ибсен исходит из индивидуальности и к ней
возвращается. В пределах индивидуальной души он разрешает или пытается
разрешить все социальные проблемы. Он расширяет и углубляет эту эластичную
индивидуальную душу до сверхчеловеческих пределов ("Бранд"), не задевая при
этом даже локтем общественной обстановки. В лице Росмера Ибсен хочет
"сделать всех людей в стране аристократами духа..., освободив их дух и
очистив их волю" (как это определенно!), но и в это дело Росмер теряет веру,
придя к убеждению, что "люди не могут быть облагораживаемыми извне"
("Росмерсхольм").
В личной жизни сам Ибсен, этот "дерзновенный революционер", этот
"великий минус", как называют его соотечественники, покорно склоняется пред
условиями, действующими извне: с педантической тщательностью подчиняется он
всем условностям лицемерно-благопристойного обихода буржуазной среды. Лишь в
созданиях своего духа он стоит "высоко и свободно" (да и то не настолько,
как это представляется Паульсону и самому Ибсену!), но "ах... не таков я в
обыденной жизни", жалуется он на себя с горечью устами строителя Сольнеса...