Читайте также:

Сам-то я как поступал? Чуть только спелись сердца - глядь, и тела туда же за ними, - челядь берет пример с господ! И выходит на поверку..

   

-- Дорогие солдаты,-- ораторствовал фельдкурат Ибл,-- представьте себе: сейчас сорок восьмой год и только что победоносно окончилась битва у Кустоццы...

   

- Но я тоже робот. 2 Эндрю выглядел гораздо больше похожим на робота, когда был впервые...

   

Смотрите также:

Владимир Маяковский об А.Блоке

Анна Ахматова. Воспоминания об Александре Блоке

С.В. Ручко. Метафизическое основание творчества Блока

Илья Эренбург. Об Александре Блоке

Евгений Евтушенко. Александр Блок (Строфы века)

Все статьи


Анализ стихотворения А. Блока Незнакомка

Душа парила ввысь и там звезду нашла (По лирике А. А. Блока)

Гражданственность поэзии А.Л.Блока

Анализ стихотворений Как тяжко мертвецу среди людей, Ночь, улица, фонарь аптека, Поэты, Друзьям Блока

Лики страшного мира в поэзии Александра Блока

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:

Вы читаете «Из объяснительной записки для Художественного театра», страница 5 (прочитано 80%)

«Балаганчик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Возмездие», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Двенадцать», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Действо о Теофилеt», закладка на странице 11 (прочитано 77%)

«Король на площади», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Незнакомка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Нелепый человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«О любви, поэзии и государственной службе», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Песня судьбы», закладка на странице 4 (прочитано 8%)

«Последние дни императорской власти», закладка на странице 26 (прочитано 29%)

«Рамзес», закладка на странице 3 (прочитано 15%)

«Роза и крест», закладка на странице 13 (прочитано 30%)

«Рыцарь-монах», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Стихотворения 1897-1903 гг, не вошедшие в основное собрание», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Стихотворения. Книга первая (1898-1904)», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Стихотворения. Книга вторая (1904-1908)», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Стихотворения. Книга третья (1907-1916)», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Шуточные стихи и сценки», закладка на странице 5 (прочитано 80%)

«Александр Блок. Из записных книжек и дневников», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Владимир Соловьев и наши дни», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Джордж Гордон Байрон. Стихотворения», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Франц Грильпарцер. Праматерь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок .
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Из объяснительной записки для Художественного театра



Все это
составляет, так сказать, увертюру драмы. Но вот - чужеродное начало начинает
явственно внедряться в жизнь, оказывает на нее ощутительное давление. Изора
тоскует чуть ли не смертельно, так что пришлось позвать доктора,
советоваться с духовником.
Бертрана поднимающийся занавес застигает, разумеется, все на том же
месте двора, на тысячу первом рассвете, в минуту, когда он мучительно
припоминает слова и напевы (который раз!) и все не может припомнить "ее
любимой песни".
Что происходит в жизни, когда в нее вторгается непрошеный, нежданный
гость? В ней начинается брожение, беспокойство, движение. Можно изобразить
это симфонически: раздается длинный, печальный, неизвестно откуда идущий,
звенящий звук; в ответ - многообразие сонных шорохов, стуков, шумов. Первый
монолог Бертрана играет роль этого длинного печального звука; слова Алисы
спросонья, потом - шепот в переходах замка (во второй сцене) - первый
сонный, смешанный, ответный гул жизни.
Неизвестное приближается, и приближение его чувствуют бессознательно
все. Тут-то и проявляются люди, тут и выявляется их истинное лицо. Те, кто
не только не ждет, но и не хочет нового, кто хочет прежде всего, чтобы все
осталось по-старому, - начинают проявлять свое сопротивление способами,
какие присущи каждому. Граф суетится, боится, ревнует; капеллан шипит,
ябедничает; вульгарность Алисы, служащей десяти господам, достигает особого
безобразия.
Те, кто жаждет перемены и ждет чего-то, начинают искать пути,
нащупывают линии того движения, которое захватит их и повлечет неудержимо к
предназначенной цели. Так как ни Изора, ни Бертран не знают, что должно
произойти, и души их бродят ощупью, - их тревога сказывается прежде всего в
невыразимой тоске. Вероятно, особенно напряженно тосковал Бертран в ночь
накануне решительного для него дня; а Изора в ту ночь рвала зубами наволочку
и рубашку на плече, и ей приснился сон, который сама она капризно и властно
окрестила вещим, не ведая о том, что сон был действительно пророческим, что
он помимо ее воли предрешал судьбу ее упрямой, своевольной и страстной души.
Новое никогда не приходит одно, без свиты; и вот на хозяина замка сразу
обрушивается несколько бед: вместе с непонятной болезнью жены и с
подозрением - не изменила ли она ему, - угроза того полукрестьянского,
полурабочего движения, которое разгорается все ярче, угрожает
непосредственно усадьбе Арчимбаута, увлекло даже некоторых из его соседей, с
которыми он, вероятно, еще недавно, по-помещичьи благодушно, бражничал и
охотился; охотился иногда, для разнообразия, и на людей, которых искренно
считал не людьми, вилланами.



Источник:


Страницы: (6) : 123456

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Он был тронут преданностью и откровенностью своего
ученика, но была у этой улыбки и другая причина: Юго не понимал и не мог
понять, что опасения его совершенно беспочвенны.
Амариль был дорог Селдону. Мало сказать - дорог. Он был одним из тех
четверых, кто встретился Селдону во время его недолгого, полного
опасностей и приключений скитания по Трентору. Более близких людей у
Селдона не было.
Каждый из них был по-своему уникален и незаменим. Уникальность Юго
Амариля состояла в том, что он поразительно быстро усвоил основные идеи
психоистории и обладал богатейшим воображением, позволявшим ему постоянно
придумывать нечто новое. Селдона успокаивала мысль о том, что, если и
стрясется с ним самим что-то непредвиденное до тех пор, когда
математическая проработка будет завершена (а дело продвигалось крайне
медленно, с колоссальными трудностями), останется хотя бы один человек со
светлой головой, который сумеет продолжить исследования.
- Прости, Юго, - сказал Селдон, - я вовсе не хотел тебя обидеть или
отмахнуться загодя от того, что ты хочешь мне рассказать. Все дело в
работе. Как-никак, а я все-таки декан...
Тут уж Амариль улыбнулся.
- Ты меня тоже прости, Гэри, и не следовало бы мне смеяться, но ты
так мало смахиваешь на декана.
- Знаю, знаю, но учиться-то надо. Я должен создавать видимость некой
безвредной деятельности и уверяю тебя, на свете нет ничего более
безвредного, чем должность декана математического факультета в
Стрилингском университете. Я могу запросто забить весь день до отказа
всякой ерундой, так что никому и в голову не придет задуматься о том, как
продвигаются дела с разработкой психоистории, но вся беда в том, что у
меня весь день как раз и забит разной чепуховиной и совершенно не остается
времени на...
Селдон обвел взглядом свой кабинет, где в памяти компьютеров
хранились материалы, доступ к которым был известен только ему и Юго. На
тот случай, если бы кто-то задумал сунуть туда нос, материал был
закодирован мудреными символами, смысла которых никто, как бы ни силился,
понять не сумел бы...