Читайте также:

- Смит... думает. Я знаю его мысли. Он боится, как бы ты его не разоблачил. Он меня ненавидит. За что? Я хочу его убить, вот за что...

   

Джонни получал деньги, которые присылали с родины; обладая совершенно удивительным здоровьем, он протянул целых семь лет. Выполняя его предсмертную волю, по..

   

Он стал хозяином скалы и деревьев. У него появилась еще одна рука, да что я говорю... сотня рук! Где вы нашли Его. Ка самодовольно усмехнулся: - Я не нашел Его...

   

Смотрите также:

Владимир Маяковский об А.Блоке

Александр Блок. Автобиография

Евгений Евтушенко. Александр Блок (Строфы века)

А. Федоров. Путь Блока-драматурга

Тайна поэмы Двенадцать, или Ленин не мог быть другим.

Все статьи


«Дети страшных лет России»

Александр Блок и революция (Поэма Двенадцать)

Cоциальные мотивы в лирике А. Блока

Моя любимая книга стихов Александра Блока

«Скифы»

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:

Вы читаете «Стихотворения. Книга вторая (1904-1908)», страница 7 (прочитано 9%)

«Балаганчик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Возмездие», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Действо о Теофилеt», закладка на странице 11 (прочитано 77%)

«Король на площади», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Незнакомка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Нелепый человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«О любви, поэзии и государственной службе», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Песня судьбы», закладка на странице 4 (прочитано 8%)

«Последние дни императорской власти», закладка на странице 26 (прочитано 29%)

«Рамзес», закладка на странице 3 (прочитано 15%)

«Роза и крест», закладка на странице 13 (прочитано 30%)

«Рыцарь-монах», закладка на странице 4 (прочитано 60%)

«Стихотворения 1897-1903 гг, не вошедшие в основное собрание», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Стихотворения. Книга первая (1898-1904)», закладка на странице 13 (прочитано 24%)

«Стихотворения. Книга третья (1907-1916)», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Шуточные стихи и сценки», закладка на странице 5 (прочитано 80%)

«Александр Блок. Из записных книжек и дневников», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Владимир Соловьев и наши дни», закладка на странице 2 (прочитано 33%)

«Джордж Гордон Байрон. Стихотворения», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Из объяснительной записки для Художественного театра», закладка на странице 2 (прочитано 20%)

«Франц Грильпарцер. Праматерь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок .
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Стихотворения. Книга вторая (1904-1908)





"Эта странница, верно, не рада нам -
Приложилась к мощам - и свята;
Надышалась божественным ладаном,
Чтобы видеть Святые Места.

Чтоб идти ей тропинками злачными,
На зеленую травку присесть...
Чтоб высо'ко над елями мрачными
Пронеслась золотистая весть..."

И мохнатые, малые каются,
Умиленно глядят на костыль,
Униженно в траве кувыркаются,
Поднимают копытцами пыль:

"Ты прости нас, старушка ты божия,
Не бери нас в Святые Места!
Мы и здесь лобызаем подножия
Своего, полевого Христа.

Занимаются села пожарами,
Грозовая над нами весна,
Но за майскими тонкими чарами
Затлевает и нам Купина..."

Июль 1905



* * *

Осень поздняя. Небо открытое,
И леса сквозят тишиной.
Прилегла на берег размытый
Голова русалки больной.

Низко ходят туманные полосы,
Пронизали тень камыша.
На зеленые длинные волосы
Упадают листы, шурша.

И опушками отдаленными
Месяц ходит с легким хрустом и глядит,
Но, запутана узлами зелеными,
Не дышит она и не спит.

Бездыханный покой очарован.
Несказа'нная боль улеглась.
И над миром, холодом скован,
Пролился звонко-синий час.

Август 1905


ЭХО

К зеленому лугу, взывая, внимая,
Иду по шуршащей листве.
И месяц холодный стоит, не сгорая,
Зеленым серпом в синеве.

Листва кружевная!
Осеннее злато!
Зову - и трикраты
Мне издали звонко
Ответствует нимфа, ответствует Эхо,
Как будто в поля золотого заката
Гонимая богом-ребенком
И полная смеха...

Вот, богом настигнута, падает Эхо,
И страстно круженье, и сладко паденье,
И смех ее в длинном
Звучит повтореньи
Под небом невинным...
И страсти и смерти,
И смерти и страсти -
Венчальные ветви
Осенних убранств и запястий...

Там - в синем раздольи - мой голос пророчит
Возвратить, опрокинуть весь мир на меня!
Но, сверкнув на крыле пролетающей ночи,
Томной свирелью вечернего дня
Ускользнувшая нимфа хохочет.

4 октября 1905



ПЛЯСКИ ОСЕННИЕ

Волновать меня снова и снова -
В этом тайная воля твоя,
Радость ждет сокровенного слова,
И уж ткань золотая готова,
Чтоб душа засмеялась моя.

Улыбается осень сквозь слезы,
В небеса улетает мольба,
И за кружевом тонкой березы
Золотая запела труба.

Так волнуют прозрачные звуки,
Будто милый твой голос звенит,
Но молчишь ты, поднявшая руки,
Устремившая руки в зенит.

И округлые руки трепещут,
С белых плеч ниспадают струи,
За тобой в хороводах расплещут
Осенницы одежды свои.

Осененная реющей влагой,
Распустила ты пряди волос.
Хороводов твоих по оврагу
Золотое кольцо развилось.

Очарованный музыкой влаги,
Не могу я не петь, не плясать,
И не могут луга и овраги
Под стопою твоей не сгорать.



Источник:


Страницы: (67) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

...
(Оперуполномоченные через стукачей непрерывно выясняли, нет ли у заключЈнных
каких-либо самодельных дудок и пищалок, а за игру на гребешке вызывали в
кабинет и составляли особый протокол.) Тем более не могло быть речи о
допущении в общежитии тюрьмы радиоприЈмников или самых драненьких патефонов.
Правда, заключЈнным разрешалось пользоваться тюремной библиотекой. Но у
спецтюрьмы не было средств для покупки книг и шкафа для книг. А просто
назначили Рубина тюремным библиотекарем (он сам напросился, думая захватить
хорошие книги) и выдали ему однажды сотню растрЈпанных разрозненных томов
вроде тургеневской "Муму", "Писем" Стасова, "Истории Рима" Моммзена -- и
велели их обращать среди арестантов. Арестанты давно теперь все эти книги
прочли, или вовсе не хотели читать, а выпрашивали чтива у вольняшек, что и
открывало оперуполномоченным богатое поле для сыска.
Для отдыха арестантам предоставлялись десять комнат на двух этажах, два
коридора -- верхний и нижний, узкая деревянная лестница, соединяющая этажи,
и уборная под этой лестницей. Отдых состоял в том, что зэкам разрешалось
безо всякого ограничения лежать в своих кроватях (и даже спать, если они
могли заснуть под галдЈж), сидеть на кроватях (стульев не было), ходить по
комнате и из комнаты в комнату хотя бы даже в одном нижнем белье, сколько
угодно курить в коридорах, спорить о политике при стукачах и совершенно без
стеснений и ограничений пользоваться уборной. (Впрочем те, кто подолгу
сидели в тюрьме и ходили "на оправку" дважды в сутки по команде, -- могут
оценить значение этого вида бессмертной свободы.) Полнота отдыха была в том,
что время было своЈ, а не казЈнное. И поэтому отдых воспринимался как
настоящий.
Отдых арестантов состоял в том, что снаружи запирались тяжЈлые железные
двери, и никто больше не открывал их, не входил, никого не вызывал и не
дЈргал. В эти короткие часы внешний мир ни звуком, ни словом, ни образом не
мог просочиться внутрь, не мог потревожить {7} ничью душу...