Читайте также:

Это... это просто... Сольнес. Покажите-ка, фрекен. (Наклоняется, как бы желая заглянуть в гросбух, и шепчет.) Кая? Кая (продолжая писать, тихо)...

   

Он говорит, что от переутомления гибнет столько людей, что никакими благими целями этого нельзя оправдать. Он утверждает, что именно переутомле..

   

He had no time to leap, to fly, Never quite ran, the runaway. His star sign - Taurus - was up high Lapping the ice-cold Milky Way...

   

Смотрите также:

А. Федоров. Путь Блока-драматурга

Евгений Евтушенко. Александр Блок (Строфы века)

Анна Ахматова. Воспоминания об Александре Блоке

С.В. Ручко. Метафизическое основание творчества Блока

Владимир Маяковский об А.Блоке

Все статьи


Без конца и без краю мечта!(По лирике А.А.Блока.)

Cоциальные мотивы в лирике А. Блока

Италия в стихах А. Блока и Н. Гумилева

А. Блок—символист

Образ России в лирике А. Блока

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:

Вы читаете «Последние дни императорской власти», страница 35 (прочитано 39%)

«Балаганчик», закладка на странице 7 (прочитано 86%)

«Возмездие», закладка на странице 2 (прочитано 5%)

«Действо о Теофилеt», закладка на странице 11 (прочитано 77%)

«Король на площади», закладка на странице 12 (прочитано 55%)

«Незнакомка», закладка на странице 9 (прочитано 50%)

«О любви, поэзии и государственной службе», закладка на странице 5 (прочитано 67%)

«Песня судьбы», закладка на странице 4 (прочитано 8%)

«Рамзес», закладка на странице 3 (прочитано 15%)

«Роза и крест», закладка на странице 13 (прочитано 30%)

«Рыцарь-монах», закладка на странице 4 (прочитано 60%)

«Стихотворения 1897-1903 гг, не вошедшие в основное собрание», закладка на странице 12 (прочитано 15%)

«Стихотворения. Книга первая (1898-1904)», закладка на странице 13 (прочитано 24%)

«Стихотворения. Книга вторая (1904-1908)», закладка на странице 12 (прочитано 17%)

«Стихотворения. Книга третья (1907-1916)», закладка на странице 13 (прочитано 20%)

«Шуточные стихи и сценки», закладка на странице 5 (прочитано 80%)

«Александр Блок. Из записных книжек и дневников», закладка на странице 13 (прочитано 44%)

«Владимир Соловьев и наши дни», закладка на странице 2 (прочитано 33%)

«Джордж Гордон Байрон. Стихотворения», закладка на странице 3 (прочитано 40%)

«Из объяснительной записки для Художественного театра», закладка на странице 2 (прочитано 20%)

«Франц Грильпарцер. Праматерь», закладка на странице 10 (прочитано 12%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок .
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Последние дни императорской власти



Поэтому, когда стрельба вверх не оказала воздействия на толпу,
вызвав лишь насмешки над войсками, последние вынуждены были для
прекращения буйства прибегнуть к стрельбе боевыми патронами по толпе,
в результате чего оказались убитые, раненые, большую часть коих толпа,
рассеиваясь, уносила с собой. Начале пятого часа Невский был очищен,
но отдельные участники беспорядков, укрываясь за угловыми домами,
продолжали обстреливать воинские разъезды. Войска действовали
ревностно, исключение составляет самостоятельный выход четвертой
эвакуированной роты Павловского полка. Охранным отделением арестованы
запрещенном собрании 3о посторонних лиц в помещении Группы
Центрального Военного Комитета и 136 человек партийных деятелей, а
также революционный руководящий коллектив из пяти лиц. Моему
соглашению командующим войсками контроль распределением выпечкою хлеба
также учетом использования муки возлагается на заведующего
продовольствием Империи Ковалевского. Надеюсь будет польза. Поступили
сведения, что 27 февраля часть рабочих намеревается приступить к
работам. Москве спокойно. М. В. Протопопов".
Эта телеграмма была послана 27 февраля в 4 часа 20 минут утра.
Вечером на частном совещании у Голицына, были приняты две меры:
перерыв заседаний Государственной Думы и введение осадного положения в
Петербурге (форма последнего распоряжения не обсуждалась).
Родзянко вечером нашел у себя в квартире следующий указ, уже
отпечатанный: "На основании статьи 99 Основных Государственных
Законов, повелеваем: занятия Государственной Думы прервать с 26-го
февраля сего года и назначить срок их возобновления не позднее апреля
1917 года, в зависимости от чрезвычайных обстоятельств.
Правительствующий Сенат не оставит к исполнению сего учинить
надлежащее распоряжение". Таким же указом были прерваны и занятия
Государственного Совета.
Александра Федоровна заканчивала свою телеграмму, посланную царю в
11 часов 5о минут дня, словами: "Очень беспокоюсь относительно
города".
В Могилеве свита была в тревоге, за завтраком было мало
приглашенных, и царь, всегда любезный, видимо, сдерживался и мало
говорил. Воейков, однако, спокойно дал коменданту императорского
поезда, полковнику Герарди, отпуск на несколько дней в Царское Село.
Дубенский записал в своем дневнике 26 февраля: "Волнения в Петрограде
очень большие, бастуют двести тысяч рабочих, не ходят трамваи; убит
пристав на Знаменской площади. Собралось экстренное заседание в
Мариинском дворце... Государственная Дума волнуется, требуя передачи
продовольственного дела во всей России городскому самоуправлению и
земству. Князь Голицын и все министры согласны.



Источник:


Страницы: (88) :  <<  ... 27282930313233343536373839404142 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... От нее,
как в свое время от Пушкина, как во все времена от всех настоящих поэтов, не
дождешься этой "розы". Разве что (как Пушкин: "на вот возьми ее скорей!")
одарит она ее в шутку. Или в насмешку. Ее поэзия - непрерывная
неожиданность. И проза тоже. Иначе и быть не могло бы: как все художники,
отмеченные громадностью дара и цельностью натуры, Марина Цветаева всегда и
во всем оставалась самою собой.
Да, строфы ее стихов порою трудны. И строки ее прозы порою трудны. Но
так трудны бывают горные дороги. Подъем стоит усилий, право же, стоит!
Русская литература XX века уже немыслима без Марины Цветаевой. Она среди
вершин, правда, еще далеко не обжитых и малоизученных вершин, этой великой
литературы.
"Мой Пушкин" - рассказ Цветаевой о том, как начиналась Цветаева. Разве
этого одного не довольно, чтобы пожелать хоть на час стать альпинистом?!

Даниил Данин
----------------------------------------------------------------------------

Начинается как глава настольного романа всех наших бабушек и матерей
Jane Eyre {"Джен Эйр" - роман английской писательницы XIX века Шарлотты
Бронте.} - Тайна красной комнаты.
В красной комнате был тайный шкаф.
Но до тайного шкафа было другое, была картина в спальне матери -
"Дуэль".
Снег, черные прутья деревец, двое черных людей проводят третьего, под
мышки, к саням - а еще один, другой, спиной отходит. Уводимый - Пушкин,
отходящий - Дантес. Дантес вызвал Пушкина на дуэль, то есть заманил его на
снег и там, между черных безлистых деревец, убил.
Первое, что я узнала о Пушкине, это - что его убили. Потом я узнала,
что Пушкин - поэт, а Дантес - француз. Дантес возненавидел Пушкина, потому
что сам не мог писать стихи, и вызвал его на дуэль, то есть заманил на снег
и там убил его из пистолета в живот. Так я трех лет твердо узнала, что у
поэта есть живот, и - вспоминаю всех поэтов, с которыми когда-либо
встречалась, - об этом _животе_ поэта, который так часто не-сыт и в который
Пушкин был убит, пеклась не меньше, чем о его душе...