Читайте также:

Эти люди двигались как созвездия, каждый - по предначертанному пути, каждый, влекомый ничем не облегченной собственной тяжестью, в ..

   

- Да с той стороны. Вам здесь не место. - А вам-то что? - ответил мальчик развязно. - Уж не вы ли оплатили мой билет, мистер Мартин?..

   

Скоропечатня бед, Счастья бесплатный номер. В Гаммельне собственных нищих нет. Был, было, раз - да помер...

   

Смотрите также:

Александр Блок. Автобиография

Тайна поэмы Двенадцать, или Ленин не мог быть другим.

Евгений Евтушенко. Александр Блок (Строфы века)

А. Федоров. Путь Блока-драматурга

Илья Эренбург. Об Александре Блоке

Все статьи


Страшный мир! Он для сердца тесен! (По лирике А.А.Блока)

Александр Блок и революция (Поэма Двенадцать)

Образ России в лирике А. Блока

Моя любимая книга стихов Александра Блока

«И идут без имени святого» (по поэме «Двенадцать»)

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:

Вы читаете «О любви, поэзии и государственной службе», страница 6 (прочитано 83%)

«Балаганчик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Возмездие», закладка на странице 2 (прочитано 5%)

«Действо о Теофилеt», закладка на странице 11 (прочитано 77%)

«Король на площади», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Незнакомка», закладка на странице 9 (прочитано 50%)

«Нелепый человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Песня судьбы», закладка на странице 4 (прочитано 8%)

«Последние дни императорской власти», закладка на странице 26 (прочитано 29%)

«Рамзес», закладка на странице 3 (прочитано 15%)

«Роза и крест», закладка на странице 13 (прочитано 30%)

«Рыцарь-монах», закладка на странице 4 (прочитано 60%)

«Стихотворения 1897-1903 гг, не вошедшие в основное собрание», закладка на странице 12 (прочитано 15%)

«Стихотворения. Книга первая (1898-1904)», закладка на странице 13 (прочитано 24%)

«Стихотворения. Книга вторая (1904-1908)», закладка на странице 12 (прочитано 17%)

«Стихотворения. Книга третья (1907-1916)», закладка на странице 13 (прочитано 20%)

«Шуточные стихи и сценки», закладка на странице 5 (прочитано 80%)

«Александр Блок. Из записных книжек и дневников», закладка на странице 13 (прочитано 44%)

«Владимир Соловьев и наши дни», закладка на странице 2 (прочитано 33%)

«Джордж Гордон Байрон. Стихотворения», закладка на странице 3 (прочитано 40%)

«Из объяснительной записки для Художественного театра», закладка на странице 2 (прочитано 20%)

«Франц Грильпарцер. Праматерь», закладка на странице 10 (прочитано 12%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок .
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

О любви, поэзии и государственной службе



Откровенно
скажу вам, что и я когда-то писал стихи...
Поэт. О, неужели? Прочтите...
Придворный (строго прерывая). ...Но мне показалось, что поэтическая
фантазия будет помехой моему призванию. И теперь, навеки отдавшись чужому
благу и утратив личную жизнь (как видите, мне и гулять не дают спокойно), я
порою раскаиваюсь, что перестал писать стихи... Быть может, во мне погиб
поэт. (Сморкается.) Итак, ссылаясь на свой личный опыт, я спешу предупредить
вас, что зарывать талант - грех.
Поэт. Я согласен с вами.
Придворный. Субъективная лирика - великое дело, молодой человек. Она
дает избранным часы эстетического отдыха и позволяет им, хоть на минуту,
забыть голос капризной черни. О, я готов желать, чтобы вся литература была
подобна вашим стихам! Такая поэзия не развращает нравов. Непосвященным ведь
недоступно ничего, кроме разнузданных желаний: есть, иметь крышу над головой
- вот все, что им нужно, как вы могли сами убедиться сейчас. Зато
избранники, отирая потное чело, могут коснуться устами нетронутых краев
священной чаши. (Чрезвычайно доволен своею речью.)
Поэт. Мне лестно ваше внимание к Музам. Ваши слова одушевили меня. Тем
более, встречая столь разностороннего человека, как вы, я хотел бы
воспользоваться вашими указаниями. Считаю долгом ответить вам откровенностью
на откровенность: долгое служение Музам порождает тоску. Под ногами
разверзаются бездны. Двойственные видения посещают меня. Я хочу твердой
воли, цельных желаний, но не годен для жизни. В женщинах меня влечет и
отталкивает вместе - их нежность и лживость. Я ищу человека, который бросит
живые семена в мою растерзанную, готовую для посева душу.
Придворный. Ваше признание хватает меня за сердце. Особенно запомнилось
мне то, что вы говорили о женщинах. Это так остроумно и так глубоко. О, как
мне это знакомо. Любить одну, но не уметь предпочесть ее другой... (С
улыбкой припоминает что-то.)
Поэт. Я говорил не совсем так. Я хотел сказать не о двух, а об одной...
Придворный. В таком случае это еще остроумней и тоньше, молодой
человек. Красноречие ваше - редкая черта в людях нашего века.
Поэт (загрустил).
Придворный. Теперь так мало действительно полезных и нужных людей, что
я, не шутя, имею на вас виды; не имеете ли вы ко мне какой-нибудь
специальной просьбы?
Поэт. Мне кажется иногда, что я избавился бы от тоски на
государственной службе...
Придворный. Это все, что я хотел слышать от вас, молодой человек! Мне
нечего возразить вам - в наших симпатиях и вкусах мы вполне солидарны.
Надеюсь, вы не откажетесь принять мои предложения. Ваши речи о
двойственности создали в моем уме блестящую комбинацию; мы будем готовить
вас к дипломатической карьере.
Шут (поздравляет поэта, который еще грустит).



Источник:


Страницы: (7) : 1234567

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Робинзон Крузо
страдал нехваткой воображения по сравнению с
Джонни Полом. Всех ребят из Четырнадцатого
округа по-прежнему осеняет некая аура. Они не
были изобретены или придуманы. Они были
настоящие. Имена их звенят золотыми монетами: Том
Фаулер, Джим Бакли, Мэтт Оуэн, Роб Рэмси, Харри
Мартин, Джонни Дани, не говоря уже об Эдди Карни
или великом Лестере Рирдоне. Вот, даже теперь,
произнося "Джонни Пол", я чувствую дурной
привкус во рту от этого сочетания имен двух
святых*. Джонни Пол был живым Одиссеем
Четырнадцатого округа; то, что позже он стал
водителем грузовика, не имеет значения.


До великих перемен никто, казалось, не
замечал, что улицы уродливы и грязны. Если
канализационные люки бывали открыты, ты затыкал
нос. Если сморкался -- находил в носовом платке не
нос, а сопли. Больше было внутреннего покоя,
умиротворенности. Имелись салун, бега,
велосипеды, верные женщины и скаковые лошади.
Жизнь еще двигалась неспешно. По крайней мере, в
Четырнадцатом округе. По утрам в воскресенье
никто не принаряжался. Если миссис Горман
спускалась в своем капоте, с непромытыми глазами,
поклониться священнику ("Доброе утро, святой
отец!" -- "Доброе утро, миссис Горман!"), то улица
бывала очищена от всех грехов. Пэт Маккэррен
носил в заднем кармане сюртука торчавший наружу
оттуда носовой платок; это выглядело мило и
весьма уместно, как и трилистник у него в петлице.
Пиво пенилось, и люди останавливались поболтать
друг с другом.



В мечтах я все возвращаюсь в
Четырнадцатый округ, как параноик возвращается к
своим навязчивым идеям. При мысли о
серо-стального цвета боевых кораблях на Военной
верфи они видятся мне лежащими там, в некоем
астрологическом измерении, где сам я оказываюсь
артиллеристом, химиком, торговцем взрывчаткой,
могильщиком,

________________

*
Имеются в виду два апостола; Иоанн (по-английски
Джон) и Павел (Пол) (прим...