Читайте также:

И все они были голые. Вернее, полуголые, что еще страшнее. Их голубые вигоневые штаны были наполнены огромными подвижными ягодицами...

   

Лисео Скажи сейчас. Турин ..

   

Они смеялись. Они пока ничего не знают. А я знаю! - Он порылся в кармане пиджака и вытащил какой-то предмет, который заблестел в сумраке. - Они не знают, что это такое...

   

Смотрите также:

Александр Блок - патология любви

Евгений Евтушенко. Александр Блок (Строфы века)

Илья Эренбург. Об Александре Блоке

А. Федоров. Путь Блока-драматурга

Анна Ахматова. Воспоминания об Александре Блоке

Все статьи


Страшный мир! Он для сердца тесен! (По лирике А.А.Блока)

Анализ стихотворения Россия А. Блока

Образ России в лирике А. Блока

«Женские лики» в творчестве А. А. Блока

Анализ поэмы А.А. Блока Двенадцать

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:

Вы читаете «О любви, поэзии и государственной службе», страница 5 (прочитано 67%)

«Балаганчик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Возмездие», закладка на странице 2 (прочитано 5%)

«Действо о Теофилеt», закладка на странице 11 (прочитано 77%)

«Король на площади», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Незнакомка», закладка на странице 9 (прочитано 50%)

«Нелепый человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Песня судьбы», закладка на странице 4 (прочитано 8%)

«Последние дни императорской власти», закладка на странице 26 (прочитано 29%)

«Рамзес», закладка на странице 3 (прочитано 15%)

«Роза и крест», закладка на странице 13 (прочитано 30%)

«Рыцарь-монах», закладка на странице 4 (прочитано 60%)

«Стихотворения 1897-1903 гг, не вошедшие в основное собрание», закладка на странице 12 (прочитано 15%)

«Стихотворения. Книга первая (1898-1904)», закладка на странице 13 (прочитано 24%)

«Стихотворения. Книга вторая (1904-1908)», закладка на странице 12 (прочитано 17%)

«Стихотворения. Книга третья (1907-1916)», закладка на странице 13 (прочитано 20%)

«Шуточные стихи и сценки», закладка на странице 5 (прочитано 80%)

«Александр Блок. Из записных книжек и дневников», закладка на странице 13 (прочитано 44%)

«Владимир Соловьев и наши дни», закладка на странице 2 (прочитано 33%)

«Джордж Гордон Байрон. Стихотворения», закладка на странице 3 (прочитано 40%)

«Из объяснительной записки для Художественного театра», закладка на странице 2 (прочитано 20%)

«Франц Грильпарцер. Праматерь», закладка на странице 10 (прочитано 12%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок .
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

О любви, поэзии и государственной службе




Поэт (шуту). Удивляюсь терпению этого болтуна.
Шут. Клянусь вам, что удивляться решительно нечему. Сто раз уже
повторялись диалоги нищих и придворных. Сочинитель диалога, в который я
затесался, пойдет, по-видимому, по проторенной дорожке. Ему выгодно
выставить всякого придворного в глупом виде.
Поэт. Опять вы говорите символами. Неужели можно забыть, что существуют
богатые и бедные?
Шут. Позвольте вам заметить, что говорить пошлости и сентиментальничать
неприлично поэту. Здравый смысл помог бы вам быть выше всех этих мелких
интересов, в которые вы уходите с головой. Неудивительно, что вам некуда
деваться от тоски.
Поэт. Я понимаю, вы учите меня народной мудрости. Но если я не в силах
переносить вечной трагедии? Что, если я разобью себе голову о то, что вы
называете пошлостью и сентиментальностью?
Шут. Глубоко современны ваши идеи. Нашим веком они унаследованы от
девятнадцатого. Но вспомните только, что Федор Михайлович Достоевский, певец
униженных и оскорбленных, был вместе с тем поклонником самодержавия, - и
вы поймете меня.
Поэт. Все-таки я напишу обличительные стихи...
Шут. Опять! Вы приводите меня в ужас! Увольте меня, я больше не буду
давать вам советов. Подойдите лучше к господину придворному и постарайтесь
устроить себе карьеру.

Поэт гордо, но послушно, направляется к придворному. Придворный милостиво
смотрит на поэта.

Придворный. Мне кажется, вы имеете ко мне дело, молодой человек. Судя
по платью и манерам, я заключаю, что вы принадлежите к порядочному обществу
и обладаете воспитанием достаточно тонким, чтобы не затруднять деловых людей
щекотливыми просьбами. Если не ошибаюсь, вы поэт?
Поэт (несколько польщенный). Да, до сегодняшнего дня я писал стихи, но
не ожидал их широкого распространения. Тем более неожиданно для меня ваше
знакомство с ними.
Придворный. О, я прекрасно знаю ваши стихи, молодой человек. Вы найдете
во мне истинного ценителя субъективной лирики. Если не ошибаюсь, вы, как
некогда Петрарка, в мистических исканиях ваших создали интимный культ
женщины и женской любви?
Поэт. Это не совсем так... Но, конечно...
Придворный. О, простите, если я не вполне понял вас. Постоянные
государственные заботы, как хотите, делают человека менее чутким к
прекрасному. Но наградой за некоторую утрату личности служит зато сознание
свято исполненного долга. Занятому человеку не приходится слишком много
раздумывать и сожалеть.
Поэт. Последние ваши слова очень важны для меня. Меня привело к вам
именно желание пожертвовать своей фантазией общественному благу.
Придворный. О, молодость, как я люблю тебя! Ты вся - в этих крайностях!
В ваши годы и я был такой же горячей головой, молодой человек.



Источник:


Страницы: (7) : 1234567

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

.....
А царские все кладовые полны.

Но эти сокровищницы, кладовые
Восток изумленный узрел бы впервые:
И Шахразаде в мечтах не создать
Подобную роскошь и благодать.

Есть зал, что зовется "Индры оплот",
Там боги изваяны, целый кивот,
Стоят на столбах золотого чекана,
Унизанных лалами без изъяна.

Вы только подумайте -- тридцать тысяч
Этих фигур устрашающих высечь,--
Полулюдей, получудищ суровых,
Тысячеруких и стоголовых...

В "Пурпурном зале" алеет мглисто
Деревьев коралловых -- тысяча триста.
Шумит, как пальмовый навес,
Сплетая ветви, багряный лес.

Легчайший ветер, ничуть не пыля,
Гуляет над полом из хрусталя.
Фазаны, птичий знатнейший род,
Торжественно движутся взад и вперед.

Махавасантов любимый макак --
Весь в шелковых лентах, разряжен,--да как!
На шейной ленточке -- ключик сусальный
От Высочайшей Опочивальни.

Рубины рассыпаны там, как горох.
Лежит и топаз, он собою не плох,
Алмазы -- размером с хорошую грушу.
Так тешит раджа свою вольную душу.

Владыка, откушав обильный свой ужин,
Возлег на мешок, где сотни жемчужин.
И с ним обезьяна, приближенный раб,
До поздней зари задают они храп.

Но самое дивное из сокровищ,
Едва ль не важнее богов-чудовищ,
Дружок закадычный, в кого он влюблен, -
Это -- прекрасный белый слон.

Раджа построил чудесный дворец,
Чтоб жил в нем этот дивный жилец,
И держат свод золотой, высочайший
Колонны с лотосовой чашей.

И триста стражей высоких, здоровых
Дежурство несут у покоев слоновых.
И ловит, обратившись в слух,
Его желанья негр-евнух.

Слону дана золотая посуда,
И нюхает он пахучие блюда.
И вина, с добавкой индийских приправ,
Он тянет, свой царственный хобот задрав...