Читайте также:

Дю Круази. Король аплодирует! (Исчезает.) Суфлер (в разрезе занавеса). Король аплодирует! Мольер (Бутону). Полотенце мне! (Вытирает лоб, волнуется...

   

А брови не вовсе вровень и нос как чуть-чуть бы свернут к боковой глубокой морщине - как будто неуходящее постоянное напряжение...

   

О, смелых дум свобода! Дворец Филипппа мне открыт, Я спешился у входа. Иду и вижу: там, вдали, Моей мечты созданье, Спешит принцесса Эболи На тайное свиданье...

   

Смотрите также:

Владимир Маяковский об А.Блоке

Тайна поэмы Двенадцать, или Ленин не мог быть другим.

Илья Эренбург. Об Александре Блоке

Анна Ахматова. Воспоминания об Александре Блоке

Александр Блок. Автобиография

Все статьи


«Скифы»

Анализ стихотворения А. Блока Осенняя воля (комментарий к стихотворению).txt

«И идут без имени святого» (по поэме «Двенадцать»)

Лирика Александра Блока

Анализ стихотворений Как тяжко мертвецу среди людей, Ночь, улица, фонарь аптека, Поэты, Друзьям Блока

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:

Вы читаете «Возмездие», страница 10 (прочитано 47%)

«Балаганчик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Действо о Теофилеt», закладка на странице 11 (прочитано 77%)

«Король на площади», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Незнакомка», закладка на странице 9 (прочитано 50%)

«Нелепый человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«О любви, поэзии и государственной службе», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Песня судьбы», закладка на странице 4 (прочитано 8%)

«Последние дни императорской власти», закладка на странице 26 (прочитано 29%)

«Рамзес», закладка на странице 3 (прочитано 15%)

«Роза и крест», закладка на странице 13 (прочитано 30%)

«Рыцарь-монах», закладка на странице 4 (прочитано 60%)

«Стихотворения 1897-1903 гг, не вошедшие в основное собрание», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Стихотворения. Книга первая (1898-1904)», закладка на странице 13 (прочитано 24%)

«Стихотворения. Книга вторая (1904-1908)», закладка на странице 12 (прочитано 17%)

«Стихотворения. Книга третья (1907-1916)», закладка на странице 13 (прочитано 20%)

«Шуточные стихи и сценки», закладка на странице 5 (прочитано 80%)

«Александр Блок. Из записных книжек и дневников», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Владимир Соловьев и наши дни», закладка на странице 2 (прочитано 33%)

«Джордж Гордон Байрон. Стихотворения», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Из объяснительной записки для Художественного театра», закладка на странице 2 (прочитано 20%)

«Франц Грильпарцер. Праматерь», закладка на странице 10 (прочитано 12%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок .
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Возмездие




Она всегда - меж двух огней.
Не всякий может стать героем,
И люди лучшие - не скроем -
Бессильны часто перед ней,
Так неожиданно сурова
И вечных перемен полна;
Как вешняя река, она
Внезапно тронуться готова,
На льдины льдины громоздить
И на пути своем крушить
Виновных, как и невиновных,
И нечиновных, как чиновных...

Так было и с моей семьей:
В ней старина еще дышала
И жить по-новому мешала,
Вознаграждая тишиной
И благородством запоздалым
(Не так в нем вовсе толку мало,
Как думать принято теперь,
Когда в любом семействе дверь
Открыта настежь зимней вьюге,
И ни малейшего труда
Не стоит изменить супруге,
Как муж, лишившийся стыда).
И нигилизм здесь был беззлобен,
И дух естественных наук
(Властей ввергающий в испуг)
Здесь был религии подобен.
"Семейство - вздор, семейство - блажь", -
Любили здесь примолвить гневно,
А в глубине души - всё та ж
"Княгиня Марья Алексевна"...
Живая память старины
Должна была дружить с неверьем -
И были все часы полны
Каким-то новым "двоеверьем",
И заколдован был сей круг:
Свои словечки и привычки,
Над всем чужим - всегда кавычки,
И даже иногда - испуг;
А жизнь меж тем кругом менялась,
И зашаталось всё кругом,
И ветром новое врывалось
В гостеприимный старый дом:
То нигилист в косоворотке
Придет и нагло спросит водки,
Чтоб возмутить семьи покой
(В том видя долг гражданский свой),
А то - и гость весьма чиновный
Вбежит совсем не хладнокровно
С "Народной Волею" в руках -
Советоваться впопыхах,
Что' неурядиц всех причиной?
Что' предпринять пред "годовщиной"?
Как урезонить молодежь,
Опять поднявшую галдеж? -
Всем ведомо, что в доме этом
И обласкают, и поймут,
И благородным мягким светом
Всё осветят и обольют...

Жизнь старших близится к закату.
(Что ж, как полудня ни жалей,
Не остановишь ты с полей
Ползущий дым голубоватый).
Глава семьи - сороковых
Годов соратник; он поныне,
В числе людей передовых,
Хранит гражданские святыни,
Он с николаевских времен
Стоит на страже просвещенья,
Но в буднях нового движенья
Немного заплутался он...
Тургеневская безмятежность
Ему сродни; еще вполне
Он понимает толк в вине,
В еде ценить умеет нежность;
Язык французский и Париж
Ему своих, пожалуй, ближе
(Как всей Европе: поглядишь -
И немец грезит о Париже),
И - ярый западник во всем -
В душе он - старый барин русский,
И убеждений склад французский
Со многим не мирится в нем;
Он на обедах у Бореля
Брюжжит не плоше Щедрина:
То - недоварены форели,
А то - уха им не жирна.
Таков закон судьбы железной:
Нежданный, как цветок над бездной,
Очаг семейный и уют...

В семье нечопорно растут
Три дочки: старшая томится
И над кипсэком мужа ждет,
Второй - всегда не лень учиться,
Меньшая - скачет и поет,
Велит ей нрав живой и страстный
Дразнить в гимназии подруг
И косоплеткой ярко-красной
Вводить начальницу в испуг.



Источник:


Страницы: (20) :  <<  ... 234567891011121314151617 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... "Забегал", - подумала Катенька, злорадствуя.
На этот раз он шел с другой стороны, остановился, немного не доходя до
Катенькиного окна, и, также косвенно взглянув в его сторону, осторожно зашел
в магазин. "Это уже наивно", - подумала Катенька. Потом в ней, перебивая
друг друга, закопошились сложные человеческие чувства. После неравной и
короткой борьбы женское благоразумие взяло верх над девической жестокостью,
и Катенька решила выйти.
Не теряя времени, она уселась за свой столик, и начался захватывающий
процесс. Незнакомец был смугл, она решила стать блондинкой.
Но когда через полчаса она выпорхнула из дома, смуглого незнакомца на
улице не было, а магазин, куда он заходил, был закрыт на обеденный перерыв.
Катенька в отчаянии вернулась и заняла исходную позицию у окна.
Незаметно для добросовестных ночных сторожей кончился полный жизни,
яркий, солнечный день, и улицы, просеянные от малых детей и стариков, зажили
веселой вечерней жизнью горожан в возрасте от 17 до 30 лет. Катенька много
перенесла за это время. Против обыкновения она провела бессонный день. Кроме
того, она провела вторую его половину не отрываясь от окна. Она подивилась
усидчивости царицы Тамары, которой довелось провести у окна своего замка
лучшую часть своей жизни. Катенька была человеком совсем иного характера. Ей
нужно было двигаться хотя бы от окна к зеркалу и обратно.
Было уже безнадежно поздно, когда в небе вдруг вспыхнула и замерцала,
интимно подмигивая, маленькая звездочка Катенькиного счастья. Тень киоска,
находящегося напротив Катенькиного окна, раздвоилась, и кто-то легкими
шагами стал пересекать улицу. Катенька с удовольствием узнала своего
незнакомца и, думая о том, что она много уже страдала, что довольно
страданий, что она выбежит сейчас и бросится к нему на шею и повиснет на
ней, быстро стал а одеваться.
Через три минуты, изнемогая от нежности, со слезами счастья на глазах,
она открыла свою дверь, но незнакомца не увидела, а услышала в соседнем
дворе шум и чей-то страстный крик: "Не уйдешь!", на который соловьиными
трелями отозвался милицейский свисток...