Читайте также:

Привычно подняв руку к изголовью, я освещаю спальню, смотрю на часы: час самый мертвый. От света все вокруг стало проще, шум и гул отдалились от дома, и спокойно..

   

Подумать только, день-деньской на ногах, пожимаешь руки, произносишь речи или того хуже - слушаешь их сам! Кричишь "ура" королю и родине и салютуешь флагу, пока рука не онемеет!..

   

Metzler. Gott erhalt ihn! Ein rechtschaffener Herr! Sievers. Nun denk, ist das nicht schandlich?..

   

Смотрите также:

Александр Блок - патология любви

Анна Ахматова. Воспоминания об Александре Блоке

Александр Блок. Автобиография

Владимир Маяковский об А.Блоке

Евгений Евтушенко. Александр Блок (Строфы века)

Все статьи


«Женские лики» в творчестве А. А. Блока

Поэмы Александра Блока

Анализ поэмы А.А. Блока Двенадцать

Страшный мир! Он для сердца тесен! (По лирике А.А.Блока)

Лирика Александра Блока

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:

Вы читаете «Возмездие», страница 5 (прочитано 21%)

«Балаганчик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Действо о Теофилеt», закладка на странице 11 (прочитано 77%)

«Король на площади», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Незнакомка», закладка на странице 9 (прочитано 50%)

«Нелепый человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«О любви, поэзии и государственной службе», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Песня судьбы», закладка на странице 4 (прочитано 8%)

«Последние дни императорской власти», закладка на странице 26 (прочитано 29%)

«Рамзес», закладка на странице 3 (прочитано 15%)

«Роза и крест», закладка на странице 13 (прочитано 30%)

«Рыцарь-монах», закладка на странице 4 (прочитано 60%)

«Стихотворения 1897-1903 гг, не вошедшие в основное собрание», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Стихотворения. Книга первая (1898-1904)», закладка на странице 13 (прочитано 24%)

«Стихотворения. Книга вторая (1904-1908)», закладка на странице 12 (прочитано 17%)

«Стихотворения. Книга третья (1907-1916)», закладка на странице 13 (прочитано 20%)

«Шуточные стихи и сценки», закладка на странице 5 (прочитано 80%)

«Александр Блок. Из записных книжек и дневников», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Владимир Соловьев и наши дни», закладка на странице 2 (прочитано 33%)

«Джордж Гордон Байрон. Стихотворения», закладка на странице 1 (прочитано 0%)

«Из объяснительной записки для Художественного театра», закладка на странице 2 (прочитано 20%)

«Франц Грильпарцер. Праматерь», закладка на странице 10 (прочитано 12%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок .
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Возмездие



Эпиграфом взяты слова
Сольнеса - героя драмы Ибсена "Строитель Сольнес ".

*1 Пантера-Агадир - появление германского военного корабля "Пантера" в
марокканской гавани Агадир, вызвавшее большое волнение в предвоенной
Европе.

*2 - моих "Rougon-Macquar'ах" - "Ругон-Маккары" - цикл романов
(семейная хроника) Эмиля Золя.

*3 - Education sentimentale (франц.) - обыгрывается название романа
Гюстава Флобера "Воспитание чувств".

*4 - fin de siecle - концом века (франц.).

*5 veuve Cliquot - "Вдова Клико" - марка шампанского.





Пролог


Жизнь - без начала и конца.
Нас всех подстерегает случай.
Над нами - сумрак неминучий,
Иль ясность божьего лица.
Но ты, художник, твердо веруй
В начала и концы. Ты знай,
Где стерегут нас ад и рай.
Тебе дано бесстрастной мерой
Измерить всё, что видишь ты.
Твой взгляд - да будет тверд и ясен.
Сотри случайные черты -
И ты увидишь: мир прекрасен.
Познай, где свет, - поймешь, где тьма.
Пускай же всё пройдет неспешно,
Что в мире свято, что в нем грешно,
Сквозь жар души, сквозь хлад ума.
Так Зигфрид правит меч над горном:
То в красный уголь обратит,
То быстро в воду погрузит -
И зашипит, и станет черным
Любимцу вверенный клинок...
Удар - он блещет, Нотунг верный,
И Миме, карлик лицемерный,
В смятеньи падает у ног!

Кто меч скует? - Не знавший страха.
А я беспомощен и слаб,
Как все, как вы, - лишь умный раб,
Из глины созданный и праха, -
И мир - он страшен для меня.
Герой уж не разит свободно, -
Его рука - в руке народной,
Стоит над миром столб огня,
И в каждом сердце, в мысли каждой -
Свой произвол и свой закон...
Над всей Европою дракон,
Разинув пасть, томится жаждой...
Кто нанесет ему удар?..
Не ведаем: над нашим станом,
Как встарь, повита даль туманом,
И пахнет гарью. Там - пожар.

Но песня - песнью всё пребудет,
В толпе всё кто-нибудь поет.
Вот - голову его на блюде
Царю плясунья подает;
Там - он на эшафоте черном
Слагает голову свою;
Здесь - именем клеймят позорным
Его стихи... И я пою, -
Но не за вами суд последний,
Не вам замкнуть мои уста!..
Пусть церковь темная пуста,
Пусть пастырь спит; я до обедни
Пройду росистую межу,
Ключ ржавый поверну в затворе
И в алом от зари притворе
Свою обедню отслужу.

Ты, поразившая Денницу,
Благослови на здешний путь!
Позволь хоть малую страницу
Из книги жизни повернуть.
Дай мне неспешно и нелживо
Поведать пред Лицом Твоим
О том, что мы в себе таим,
О том, что в здешнем мире живо,
О том, как зреет гнев в сердцах,
И с гневом - юность и свобода,
Как в каждом дышит дух народа.
Сыны отражены в отцах:
Коротенький обрывок рода -
Два-три звена, - и уж ясны
Заветы темной старины:
Созрела новая порода, -
Угль превращается в алмаз.



Источник:


Страницы: (20) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Ритмично, уверенно распределяются между
действующими лицами тычки и оплеухи, а когда вспыхивает
беспорядочная стрельба из лука, саспенс достигает подлинного
накала.

К чему оспаривать очевидное? Эта проза читается на одном
дыхании, и по сравнению с собственной ранней малоудачной книгой
автор безусловно расписался, нет уже следа от давешней несмелой
привязанности к единому месту... Как помним, в предыдущем его
сочинении, "Илиада", на третьей рукопашной и на двенадцатом
единоборстве у читателя мутилось в голове от параноидальных
повторов!

Добавим, с другой стороны, что в том первом, незрелом
опыте были выведены неразлучники Ахилл и Патрокл, чья
двусмысленная (я сказал бы даже, недвусмысленная) "дружба"
вызвала моральный протест общественности в некоторых
провинциальных городах.

Но вторая книга, хвала небесам, подобных подвохов не
содержит. В ней все ружья стреляют, хотя тон в общем и целом
спокоен, задумчив, скажу даже - вдумчив. Наконец-то автор понял
истинную цену монтажа, флэшбеков, вставных новелл и немало
поработал над своей творческой манерой.

В результате, можно сказать уверенно, Гомер вырос в
мастера высшего пилотажа, по самому настоящему гамбургскому
счету. Но, как ни парадоксально, именно этот высочайший класс
его работы вызывает подозрения, о которых нелишне заявить уже
теперь.

Почему мы обязаны в случае Гомера заведомо принимать его
точку зрения? По-моему, намечаемая публикация в смысле
издательской политики крайне небезусловна. Так думаю не только
я, но, замечу в скобках, и суждение Эрика Линдера довольно
скептично. В частном разговоре Эрик Линдер сообщил мне
некоторые сведения и дал понять, что ничего хорошего из нашей
задумки не выйдет.

Начнем с технических трудностей. Умеем ли мы работать с
подобными авторами? Знающие люди говорят, что он страдает
серьезным заболеванием (думаю, что-то с глазами) и не
ориентируется в собственных рукописях, хуже того -
ориентируется в них по памяти, и вдобавок все, что он
воспроизводит наизусть, звучит каждый раз по-разному...