Читайте также:

шная; двоих малолетних детей ее убили бомбой, когда она уходила с ними из города, а муж пропал без вести на земляных работах, и она вернулась обратно, чтобы схоронить детей ..

   

-- Дорогие солдаты,-- ораторствовал фельдкурат Ибл,-- представьте себе: сейчас сорок восьмой год и только что победоносно окончилась битва у Кустоццы...

   

напротив, - в чулан для стирки и мытья посуды; входная дверь, с тяжелым замком, щеколдой и громоздким деревянным засовом, расположена в передней стене, между окном, которое находитс..

   

Смотрите также:

Тайна поэмы Двенадцать, или Ленин не мог быть другим.

Владимир Маяковский об А.Блоке

Александр Блок - патология любви

Евгений Евтушенко. Александр Блок (Строфы века)

Александр Блок. Автобиография

Все статьи


История любви, рассказанная А. Блоком

Без конца и без краю мечта!(По лирике А.А.Блока.)

Лирический герой А. А. Блока

Анализ стихотворения А. Блока О доблестях, о подвигах, о славе... (адресовано жене)

Лики страшного мира в поэзии Александра Блока

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:

Вы читаете «Балаганчик», страница 2 (прочитано 14%)

«Возмездие», закладка на странице 2 (прочитано 5%)

«Действо о Теофилеt», закладка на странице 11 (прочитано 77%)

«Король на площади», закладка на странице 12 (прочитано 55%)

«Незнакомка», закладка на странице 9 (прочитано 50%)

«О любви, поэзии и государственной службе», закладка на странице 5 (прочитано 67%)

«Песня судьбы», закладка на странице 4 (прочитано 8%)

«Последние дни императорской власти», закладка на странице 26 (прочитано 29%)

«Рамзес», закладка на странице 3 (прочитано 15%)

«Роза и крест», закладка на странице 13 (прочитано 30%)

«Рыцарь-монах», закладка на странице 4 (прочитано 60%)

«Стихотворения 1897-1903 гг, не вошедшие в основное собрание», закладка на странице 12 (прочитано 15%)

«Стихотворения. Книга первая (1898-1904)», закладка на странице 13 (прочитано 24%)

«Стихотворения. Книга вторая (1904-1908)», закладка на странице 12 (прочитано 17%)

«Стихотворения. Книга третья (1907-1916)», закладка на странице 13 (прочитано 20%)

«Шуточные стихи и сценки», закладка на странице 5 (прочитано 80%)

«Александр Блок. Из записных книжек и дневников», закладка на странице 13 (прочитано 44%)

«Владимир Соловьев и наши дни», закладка на странице 2 (прочитано 33%)

«Джордж Гордон Байрон. Стихотворения», закладка на странице 3 (прочитано 40%)

«Из объяснительной записки для Художественного театра», закладка на странице 2 (прочитано 20%)

«Франц Грильпарцер. Праматерь», закладка на странице 10 (прочитано 12%)

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок .
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Балаганчик





Второй мистик

Да. Молчанье наступит.

Третий мистик

Надолго ли?

Первый мистик

Да.

Второй мистик

Вся бела, как снега.

Третий мистик

За плечами - коса.

Первый мистик

Кто ж она?

Второй наклоняется и что-то шепчет на ухо первому.

Второй мистик

Ты не выдашь меня?

Первый мистик
(в неподдельном ужасе)

Никогда!

Автор опять испуганно высовывается, но быстро исчезает, как будто его
оттянул кто-то за фалды.

Пьеро
(по-прежнему, мечтательно)

Коломбина ! Приди!

Первый мистик

Тише! Слышишь шаги!

Второй мистик

Слышу шелест и вздохи.

Третий мистик

О, кто среди нас?

Первый мистик

Кто в окне?

Второй мистик

Кто за дверью?

Третий мистик

Не видно ни зги.

Первый мистик

Посвети. Не она ли пришла в этот час?

Второй мистик поднимает свечу. Совершенно неожиданно и непонятно
откуда, появляется у стола необыкновенно красивая девушка с простым и тихим
лицом матовой белизны. Она в белом. Равнодушен взор спокойных глаз. За
плечами лежит заплетенная коса. Девушка стоит неподвижно. Восторженный
Пьеро молитвенно опускается на колени. Заметно, что слезы душат его. Все
для него - неизреченно. Мистики в ужасе откинулись на спинки стульев. У
одного беспомощно болтается нога. Другой производит странные движения
рукой. Третий выкатил глаза. Через некоторое время очнувшись, громко
шепчут:

- Прибыла!
- Как бела ее одежда!
- Пустота в глазах ее!
- Черты бледны, как мрамор!
- За плечами коса!
- Это - смерть!

Пьеро услыхал. Медленно поднявшись, он подходит к девушке, берет ее за
руку и выводит на средину сцены. Он говорит голосом звонким и радостным,
как первый удар колокола.

Пьеро

Господа! Вы ошибаетесь! Это - Коломбина! Это - моя невеста!

Общий ужас. Руки всплеснулись. Фалды сюртуков раскачиваются.
Председатель собрания торжественно подходит к Пьеро.

Председатель

Вы с ума сошли. Весь вечер мы ждали событий. Мы дождались. Она пришла
к нам - тихая избавительница. Нас посетила смерть.

Пьеро
(звонким, детским голосом)

Я не слушаю сказок. Я - простой человек. Вы не обманете меня. Это -
Коломбина. Это - моя невеста.

Председатель

Господа! Наш бедный друг сошел с ума от страха. Он никогда не думал о
том, к чему мы готовились всю жизнь.



Источник:


Страницы: (8) : 12345678

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

...
Как славно было бы их насвежо опубликовать, особенно вторую!]. Этим
был озабочен Александр Герцен --- и во всем его письменном наследстве
мы находим множество смелых образований, утверждающих поступь русского
письма и нащупывающих неожиданные короткие, энергичные управления
слов. Историки языка легко расширят этот перечень. В новейшее время
удивительные находки (вместе с неудачами) достались Андрею Платонову.
Наша письменная речь еще с петровских времен то от насильственной
властной ломки, то под перьями образованного сословия, думавшего
по-французски, то от резвости переводчика, то от торопливости пишущих,
знающих цену мысли и времени, но не слову, пострадала: и в своем
словарном запасе, и в грамматическом строе, и, самое главное, в
складе.
Словарный запас неуклонно тощал; ленились выискивать и привлекать
достойные русские слова, или стыдились их "грубости", или корили их за
неспособность выразить современную высокую тонкую мысль (а
неспособность-то была в нетерпеливых авторах). Взамен уроненного
наталкивали без удержу иностранных слов, иногда очень хороших (кто
кинет камень в "энергию", "нерв", "процесс", "проблему"?), часто
совсем никчемных. Об этом писано много.
Грамматический строй сохранял стойко то, что роднит наш язык с
европейскими, но пренебрегал многими исконными своими преимуществами.
Так, отглагольные существительные предпочитались среднего рода,
долгие, на немецкий лад (когда их на -ЕНИЕ скопится кряду четыре-пять,
вымалывается язык и чуть ли зубы не болят), а мужского и женского рода
--- краткие, сильные, поворотливые --- опадали, терялись.
Кто скажет УБЫВЬ (действие по глаголу), НАГРОМОЗДКА? Обязательно:
"убывание", "нагромождение". Кто напишет ДЛЯ СОХРАНУ? Нам подай "для
сохранения". И ПРИНОРОВКА нам не свычна, то ли дело "приноравливание"!
И ПЕРЕТАСК мебели нам не так надежен, как "перетаскивание".
Образование существительных склейкой по два, по три вместе
("речестрой" Югова, "Литературная газета" от 28 октября с. г.) --- тоже
ведь не наше...