Читайте также:

Если мы тем не менее упорно пытались кое-что выяснить о жизни Ludi magistri Josephi III и набросать в общих чертах портрет его ..

   

.." "Мир таинственный, мир мой древний..." "Сторона ль ты моя, сторона!..." "Не ругайтесь. Такое дело!..." "Не жалею, не зову, не плачу...

   

.. Я думаю, что, когда на все и вся снизойдет великая тишина, музыка наконец восторжествует. Когда все снова всосется в матку времени, хаос вернется на землю, а хаос -- партитура действительности...

   

Другие книги автора:

«Джордж Гордон Байрон. Стихотворения»

«Роза и крест (К постановке в Художественном театре)»

«Действо о Теофиле»

«Стихотворения. Книга первая (1898-1904)»

«Последние дни императорской власти»

Все книги


Поиск по библиотеке:

Ваши закладки:

Обратите внимание: для Вашего удобства на сайте функционирует уникальная система установки «закладок» в книгах. Все книги автоматически «запоминают» последнюю прочтённую Вами страницу, и при следующем посещении предлагают начать чтение именно с неё.

Коррекция ошибок:

На нашем сайте работает система коррекции ошибок .
Пожалуйста, выделите текст, содержащий орфографическую ошибку и нажмите Ctrl+Enter. Письмо с текстом ошибки будет отправлено администратору сайта.

Краткое содержание книги «Соловьиный сад»



    Герой поэмы — она написана от первого лица — рабочий; он приходит в часы отлива к морю, чтобы тяжелым трудом зарабатывать себе на жизнь — киркой и ломом колоть слоистые скалы. Добытый камень на осле свозится к железной дороге. И животному, и человеку тяжело. Дорога проходит мимо тенистого, прохладного сада, скрытого за высокой решеткой. Из-за ограды к работнику тянутся розы, где-то вдалеке слышен «напев соловьиный, что-то шепчут ручьи и листы», доносится тихий смех, едва различимое пение.

    Чудесные звуки томят героя, он впадает в задумчивость. Сумрак — день заканчивается — усиливает беспокойство. Герою чудится другая жизнь: в своей жалкой лачуге он мечтает о соловьином саде, отгороженном от проклятого мира высокой решеткой. Снова и снова он вспоминает привидевшееся ему в синем сумраке белое платье — оно манит его «и круженьем, и пеньем зовет». Так продолжается каждый день, герой ощущает, что влюблен в эту «недоступность ограды».

    Пока утомленное животное отдыхает, хозяин, возбужденный близостью своей мечты, бродит по привычной дороге, сейчас, однако, ставшей таинственной, так как именно она ведет к синеватому сумраку соловьиного сада. Розы под тяжестью росы свисают из-за решетки ниже, чем обычно. Герой пытается понять, как его встретят, если он постучится в желанную дверь. Он не может более вернуться к тупому труду, сердце говорит ему, что его ждут в соловьином саду.

    Действительно, предчувствия героя оправдываются — «не стучал я — сама отворила неприступные двери она». Оглушенный сладкими мелодиями соловьиного пения, звуками ручьев, герой попадает в «чуждый край незнакомого счастья». Так «нищая мечта» становится явью — герой обретает любимую. «Опаленный» счастьем, он забывает свою прошлую жизнь, тяжкую работу и животное, долго бывшее его единственным товарищем.

    Так, за заросшей розами стеной, в объятиях любимой, проводит герой время. Однако и среди всего этого блаженства ему не дано не слышать шум прилива — «заглушить рокотание моря соловьиная песнь не вольна!» Ночью возлюбленная, замечая тревогу на его лице, беспрестанно спрашивает любимого о причине тоски. Тот в своих видениях различает большую дорогу и нагруженного осла, бредущего по ней.

    Однажды герой просыпается, смотрит на безмятежно спящую возлюбленную — сон её прекрасен, она улыбается: ей грезится он. Герой распахивает окно — вдали слышится шум прилива; за ним, ему кажется, можно различить «призывающий жалобный крик». Кричит осел — протяжно и долго; герой воспринимает эти звуки как стон. Он задергивает полог над возлюбленной, стараясь, чтобы она не проснулась подольше, выходит за ограду; цветы, «точно руки из сада», цепляются за его одежду.

    Герой приходит на берег моря, но не узнает ничего вокруг себя. Дома нет — на его месте валяется заржавленный лом, затянутый мокрым песком.

    Непонятно, то ли это видится ему во сне, то ли происходит наяву — с протоптанной героем тропинки, «там, где хижина прежде была / Стал спускаться рабочий с киркою, / Погоняя чужого осла».





Оригинальный текст книги «Соловьиный сад»

Все краткие содержания


Тем временем:

... Ich bin fremd und Kц¶nig, und achte eure Gesetze und
Herkommen
nicht.
Jetter. Du bist ja ц¤rger als der Spanier; der hat sie uns
doch bisher
lassen mцјssen.
Ruysum. Was?
Soest (laut). Er will uns gastieren; er will nicht haben,
daцџ wir
zusammenlegen und der Kц¶nig nur das Doppelte zahlt.
Ruysum. Laцџt ihn! doch ohne Prц¤judiz! Das ist auch seines
Herrn Art,
splendid zu sein und es laufen zu lassen, wo es gedeiht.
(Sie bringen Wein.)
Alle. Ihro Majestц¤t Wohl! Hoch!
Jetter (zu Buyck). Versteht sich: Eure Majestц¤t.
Buyck. Danke von Herzen, wenn's doch so sein soll.
Soest. Wohl! Denn unserer spanischen Majestц¤t Gesundheit trinkt
nicht
leicht ein Niederlц¤nder von Herzen.
Ruysum. Wer?
Soest (laut). Philipps des Zweiten, Kц¶nigs in Spanien.
Ruysum. Unser allergnц¤digster Kц¶nig und Herr! Gott geb' ihm
langes
Leben.
Soest. Hattet Ihr seinen Herrn Vater, Karl den Fцјnften, nicht
lieber?
Ruysum. Gott trц¶st' ihn! Das war ein Herr! Er hatte die Hand
цјber den
ganzen Erdboden und war euch alles in allem; und wenn er euch
begegnete, so
grцјцџt' er euch wie ein Nachbar den andern; und wenn ihr
erschrocken wart,
wuцџt' er mit so guter Manier - ja, versteht mich - Er ging aus,
ritt aus,
wie's ihm einkam, gar mit wenig Leuten. Haben wir doch alle geweint,
wie er
seinem Sohn das Regiment hier abtrat - sagt' ich, versteht mich -
der ist
schon anders, der ist majestц¤tischer.
Jetter. Er lieцџ sich nicht sehen, da er hier war, als in
Prunk und
kц¶niglichem Staate. Er spricht wenig, sagen die Leute.
Soest. Es ist kein Herr fцјr uns Niederlц¤nder. Unsre Fцјrsten
mцјssen
froh und frei sein wie wir, leben und leben lassen...